Константин и Крест

Одним из решающих факторов в учреждении поклонения образу креста в католической церкви было «видение креста» и последовавшее за ним «обращение» Константина. Когда он со своими воинами приблизился к Риму, их ожидала битва, известная в последствии как Битва на Мильвианском мосту. По обычаю того времени, прорицатели (люди, которые занимались гаданием по внутренностям животных, приносимых в жертву) должны были дать совет. (Гадание перед битвой совершал также и царь Вавилонский: «Потому что царь Вавилонский остановился на распутье, при начале двух дорог, для гаданья: трясет стрелы, вопрошает терафимов, рассматривает печень» Иез. 21:21). В случае с Константином, было предречено, что боги не придут ему на помощь, и в этой битве он потерпит поражение. Но затем, во сне или в видении, как он потом рассказывал, ему явился крест со словами: «В этом знаке твоя победа». На следующий день, 28 октября 312 г. н. э., он установил крест на своем штандарте. Константин в этой битве нанес сокрушительный удар по противнику и заявил о своем обращении. Естественно, такая легкая победа в пользу христианства сыграла большую роль в дальнейшем употреблении креста католической церковью.

Однако, судя по свидетельствам историков, видение креста Константином не могло иметь места как исторический факт. Единственный источник, где историки обнаружили эту легенду, были труды Евсевия, который по личному признанию был горазд на всякие поучительные небылицы и даже был уличен в «фальсификации истории». Но даже если бы Константин и видел такое видение, то было ли оно от Иисуса Христа? Стал бы Князь Мира давать поручение языческому императору сделать военное знамя с крестом, чтобы под этим знаком завоевывать и убивать?

Римская империя (во главе которой стал Константин) описана в Писании, как «зверь».

Даниил видел четыре великих зверя, которые представляли четыре мировые империи: Вавилон (Лев), Мидо-Персия (Медведь), Греция (Барс) и Рим. Четвертый зверь, Римская империя, был настолько ужасен, что, в отличие от прежних, ему даже не нашлось подходящего названия. В Библии он назван зверем, который был «отличен от всех прежних зверей» (Дан. 7:1-8). Как видим, нет причины полагать, что Христос повелел Константину совершать завоевания под знаком креста для расширения зверской системы Рима!

Но если видение было не от Бога, то как объяснить «обращение» Константина в христианство? Вообще-то, его обращение вызывает большие сомнения. Хотя он и много сделал для учреждения некоторых доктрин и традиций в церкви, но факты явно свидетельствуют о том, что он не был действительно обращен, во всяком случае, не в библейском смысле этого слова. Историки допускают, что его обращение было: «чисто номинальным, по всем стандартам того времени».

Наверное, самым весомым доказательством того, что он не был действительно обращен, может служить тот факт, что после своего обращения он совершил несколько убийств, включая убийство собственной жены и сына! Библия говорит: «Никакой убийца не имеет жизни вечной, в нем пребывающей» (1Ин. 3:15). В первый раз Константин женился на Минервине, от которой у него родился сын, названный Криспием. Его вторая жена Фауста родила ему трех дочерей и трех сыновей. Криспий стал славным воином и помощником своего отца. Однако, в 326 г. н. э., спустя немного времени после Никейского собора, он предал своего сына смерти. У Криспия была любовная связь с Фаустой. Во всяком случае, в этом обвинялась Фауста. Возможно, она, таким образом, хотела убрать Криспия с пути, чтобы один из ее сыновей стал наследником престола! Мать Константина уверяла его в том, что его жена: «соблазнила сына». Фауста умерла от удушья в перегретой бане по приказу Константина. Примерно в то же самое время Константин повелел высечь до смерти сына своей сестры, а ее мужа повесил, хотя и обещал сохранить ему жизнь.

Все вышесказанное в обобщенном виде описано в Католической Энциклопедии: «Даже после своего обращения он казнил мужа своей сестры Лисиния, затем сына последнего, а также Криспия, собственного сына от первого брака и свою вторую жену Фаусту... После всех этих жестокостей трудно поверить, что у этого самого императора могли когда-нибудь быть добрые и благородные побуждения, хотя человеческая природа полна противоречий».

Да, Константин совершил много благодеяний по отношению к христианам: запретил смертную казнь через распятие, положил конец гонениям на христиан в Римской империи. Принимал ли он эти решения чисто из христианских побуждений или же он руководствовался какими-то политическими мотивами? Католическая Энциклопедия гласит: «Некоторые епископы, ослепленные красотой двора, зашли так далеко, что провозгласили императора ангелом Божьим, святым, и пророчествовали, что он, как и Сын Божий, будет царствовать на небесах. Это достаточно убедительно доказывает, что Константин относился благосклонно к христианству из политических соображений. Он почитался за просвещенного деспота, который использовал религию для утверждения своей власти».

А вот какое заключение сделал известный историк Дюрант относительно Константина: «Было ли его обращение искренним, было ли это актом веры или всего лишь жестом политической мудрости? Последнее наиболее вероятно... Он редко подчинялся церемониальным требованиям христианского поклонения. Его письма к христианским епископам ясно свидетельствует, что его мало волновали богословские разногласия, постигавшие христианство, но он с охотой пресекал расколы в интересах единства империи. Во время своего царствования епископы были его политическими помощниками: он собирал их, возглавлял их соборы и приводил в исполнение любое заключение, которое принималось большинством из них. Истинный верующий должен сначала быть христианином, а потом уже государственным деятелем. С Константином все было наоборот. Христианство для него было средством, а не целью».

Гонения не истребили христианскую веру. Константин знал об этом. Поскольку империя постоянно разделялась, а язычники находились во вражде с христианами, то он подумал, почему бы ни попробовать объединить языческую религию с христианством, что будет только способствовать укреплению единства империи? Кстати, были некоторые сходства между двумя религиозными системами. Даже крест не мог быть разделяющим фактором, поскольку к тому времени он уже вошел в употребление христианами, а: «поклонникам культа Митры в войсках Константина крест не был чужд, потому что они долгое время воевали под штандартами с митраическим крестом света».

Христианство времен Константина представляло собой смесь. Хоть он и убрал свои изваяния из языческих храмов и отменил жертвоприношение себе, но народ продолжал говорить о божественности своего императора. Как верховный жрец он продолжал присматривать за языческим культом и защищать его права. При посвящении Константинополя в 330 году торжественная церемония была наполовину языческой и наполовину христианской. На рыночной площади стояла колесница бога Солнца, а над ней — крест Христа. На монетах, сделанных Константином, изображался крест вместе с изображениями Марса или Аполлона. Называя себя христианином, он продолжал верить в языческие магические заклинания против неурожая и болезней. Обо всем этом написано в Католической Энциклопедии. Однако, идея, вокруг которой развивалась и возросла Римско-католическая церковь (идея сплоченной силы, т.е. объединения язычества и христианства) очень тесно связана с Константином и последующими временами, когда церковь стала богаче и расширила свои владения.

Есть еще одна история, которая повлияла на процветание культа креста в католической церкви гораздо сильнее, чем видение Константина. Она связана с его матерью Еленой. Когда ей было около восьмидесяти лет, она совершила паломничество в Иерусалим. Легенда утверждает, что она откопала три креста, один из которых был крест Иисуса Христа, а остальные два принадлежали разбойникам. Крест Иисуса Христа признали сразу, потому что благодаря ему совершались чудеса исцеления, по словам Макария, епископа Иерусалимского, в то время как другие два креста таким свойством не обладали.

Одна статья из Католической Энциклопедии повествует: «Частица истинного Креста осталась в Иерусалиме и находится в серебряной гробнице (ковчеге), все остальное, вместе с гвоздями, было послано Константину... Один из гвоздей был прикреплен к императорскому шлему, другой к узде его лошади». Случилось то, что многие отцы считали исполнением пророчества Захарии: «В то время даже на конских уборах будет начертано: «Святыня Господу», и котлы в доме Господнем будут как жертвенные чаши перед алтарем» (Зах. 14:20)! Эта же самая статья, стараясь придерживаться основного учения церкви относительно креста, признает, что истории о находке креста разнятся, и предание (появившееся много лет спустя) могло быть основано на легенде.

Посещение Иерусалима Еленой в 326 году считается исторически доказанным фактом. Но о ее находке креста не было слышно до 440 года, т.е. даже 114 лет спустя! Кажется слишком сомнительной идея, что настоящий крест мог сохраниться в Иерусалиме через 300 лет после распятия Христа. К тому же еврейские законы требовали, чтобы кресты сжигались после совершения на них распятия.

А что, если бы кто-нибудь в наши дни отыскал настоящий крест Иисуса Христа и сумел бы это доказать? Конечно, это бы вызвало огромный интерес, но неужели этот кусок дерева представлял бы какую-то ценность? Нет, потому что он уже выполнил свое назначение, как медный змей, сделанный Моисеем. Давайте посмотрим: «И сделал Моисей медного змея и выставил его на знамя, и когда змей ужалил человека, он, взглянув на медного змея, оставался жив». (Числ. 21:9). Вознесение змея в пустыне было прообразом того, как будет Христос вознесен на крест, чтобы принять мученическую смерть (Ин. 3:15). Но после того, как змей отслужил положенное ему, израильтяне сделали из него идола! Спустя столетия Езекия: «делал угодное в очах Господних… Он отменил высоты, разбил статуи, срубил дубраву и истребил медного змея, которого сделал Моисей, потому что до самых тех дней сыны Израилевы кадили ему и называли его Нехуштан» (4Цар. 18:1-4). Езекия делал «угодное» в очах Господних не только потому, что уничтожил языческих идолов, но также и потому, что истребил то, что однажды было сделано по велению Бога. Потому что оно исполнило свою первоначальную роль и теперь стало источником суеверий. Исходя из таких соображений, можно заключить, что если бы настоящий крест Иисуса Христа до сих пор существовал, то не было бы никакой причины делать из него культ. И если нет больше никакой силы и ценности в настоящем кресте, то тем более — в каком-нибудь куске древесины, сделанном по его подобию.

Для египетских язычников обелиск был символом их бога, а в некоторых случаях его образ считался источником сверхъестественной силы. Такое же значение для некоторых приобрел крест. Но разве крест не помог Константину в Битве на Мильванском мосту? Разве крест не совершал чудеса на глазах у Елены? Крест считается символом, который может отогнать злых духов. Его носят, как амулет. Его устанавливают на крышах церквей для отвода молнии, хотя из-за своего высокого положения он только притягивал к себе молнию! Кресты в частных домах должны служить защитой от бед и болезней. Множество кусочков дерева из того «настоящего» креста Христова было продано в качестве защитных средств и амулетов.

© Данная статья взята из «Бюллетеня Библейских Верующих»
Вы можете бесплатно подписаться на печатное издание ББВ,
а также связаться с нами по любым интересующим вас вопросам.