Ульрих Цвингли [Бюллетень Библейских Верующих

Ульрих Цвингли получил образование в школах Базела и Берна (Швейцария), а также в Вене (Австрия). Детство его было счастливым; в то время он не слишком задумывался над вопросом греха. Не чувствуя особого морального рвения, он становится приходским священником в римо-католической церкве. Став пастором «Великой монастырской церкви» в Цюрихе, Цвингли увидел себя в роли ветхозаветного пророка и начал проповедовать против антибиблейских обычаев римо-католической церкви. В 1522 году он открыто порвал с Римом, после того, как изучил труды Мартина Лютера. В этом же году этот разрыв стал окончательным и полным, когда Лютер впервые заменил в своей церкви католическую мессу протестантским причастием. Позже он удалил из церкви иконы, мощи и орган и сделал центром церковной службы –проповедь.

Цвингли расходился с Лютером во взглядах на причастие, считая, что Вечеря Господня – это лишь таинство напоминания. Гражданские власти поддерживали Цвингли. Под его влиянием реформация начала распространяться по Швейцарии. Цвингли принимал участие в вооруженных действиях против католических государств и погиб в бою, с мечем в руках, защищая Библию от традиций.

Из «Толкования о причастии»:

«Таинство – это знак, говорящий о святом событии. Когда я говорю «таиство тела Господня», я попросту говорю о том хлебе, который есть символ тела Христа, преданного смерти ради нас. Все приверженцы римского папы прекрасно знают, что слово «таинство» обозначает знак, символ и ничего более, поскольку именно в этом смысле оно всегда употреблялось христианскими богословами. Однако они все же позволяют простым людям пребывать в заблуждении и верить, что в этом таинстве есть нечто странное и необычное, нечто, неподдающееся пониманию, и которое, по этой причине, они должны приравнивать с самим Богом и считать в этом смысле святым. Но само тело Христово – это тело, которое находится сейчас одесную Бога, а таинство Его тела – это хлеб, и таинство Его крови – это вино, в котором мы участвуем с благодарением. Итак, символ и то, что он обозначает, не являются одним и тем же. Поэтому таинство тела Христова не может быть самим телом Христовым».

Ульрих Цвингли

(1484 — 1531 от Р.Х.)